Представьте себе огородное пугало: торчащие во все стороны рукава, замызганный кафтан, набитый соломой, шляпа, съехавшая на одно ухо. Стоит посреди грядок и стращает ворон. Вот оно, чучело – в самом натуральном, первозданном виде. Но откуда взялось это слово, такое нелепое на слух и такое точное по смыслу?
Происхождение слова спорное, как это часто бывает с простонародными словечками, которые никто не придумывал нарочно, а они сами как-то завелись. По одной версии, чучело восходит к глаголу «чучить» – набивать, пихать, трамбовать. Чучить сапог, чучить подушку – то есть плотно набивать чем придётся. Отсюда и чучело: нечто набитое, туго утрамбованное соломой или тряпьём. Версия вполне рабочая и бытовая, без всяких затей.
Есть и другая – что слово связано с подражательным звукоподражанием, с каким-то «чу!» – возгласом, которым пугали или окликали. Эта версия романтичнее, но зыбкая. Лингвисты к ней относятся примерно как огородник к галке: посматривают с подозрением.
В живом языке чучело давно шагнуло с грядок в людскую молву. Так называют нескладного, взлохмаченного человека, одетого кое-как, – и не всегда с обидой, иногда почти нежно. Гоголь, Салтыков-Щедрин, школьные дразнилки – слово прижилось везде, где нужно было изобразить что-то несуразное, но живое.
Набитое соломой, а туда же – в классики.