Бабочка

Народ не ограничивался одним словом «бабочка» – у мотылька было множество региональных прозвищ, и почти все они что-нибудь да выдают. В южных говорах бабочку называли «душичкой» – прямой отсыл к поверью о переселении душ. В некоторых деревнях говорили «вештица» или «ведьмочка» – без всяких экивоков. Была и загадка, ходившая по деревням: «Не птица, а с крыльями; не цветок, а на цветок садится» – формально невинная, но в ней ровно та же двойственность: и красота, и что-то неуловимо чужое. Поговорка «бабочка – бабья душа» фиксировалась этнографами ещё в XIX веке как живая, не книжная – её говорили всерьёз, не как присказку.

Если «бабочка» от «бабы», то интересно проследить, как далеко тянется этот корень. Баба в праславянском – слово звукоподражательное, из детского лепета, вроде «мама» и «папа». Тот же корень дал «бабушку», «бабку» в значении повитухи, «бабайку» – ночное пугало из детских страшилок – и даже «бабки» как игру с костями. В тюркских языках «баба» означает «отец» или «дед» – отсюда, например, Баба-яга, где первая часть имени совсем не обязательно женская. Получается, что бабочка – дальняя родственница и бабушки, и Бабая, и детской игры во дворе. Компания неожиданная, но по-своему логичная.

Набоков – человек, который коллекционировал бабочек буквально и профессионально, – вложил в это слово, пожалуй, больше, чем кто-либо другой в русской литературе. В «Других берегах» он писал о первой пойманной бабочке с той же дрожью, с какой другие вспоминают первую любовь. Но самая знаменитая литературная бабочка в мировой традиции – всё же китайская, из притчи Чжуанцзы: философ не знает, он ли приснился бабочкой или бабочка снится ему сейчас, что она – человек. Эту притчу цитировали столько раз и в стольких контекстах, что она давно стала общим местом – однако от этого не перестала быть красивой.

Слово оказалось неожиданно плодовитым в смысле названий. «Мадам Баттерфляй» – опера Пуччини, где имя героини буквально переводится как «госпожа Бабочка», – подарила образ, который растиражировали сотни раз. Галстук-бабочка – «бабочка» в обиходной речи – получил своё название именно по форме, и это одно из редких случаев, когда предмет одежды в русском языке назван не по функции, а по сходству с насекомым. В энтомологии именем Nabokov названо несколько видов голубянок – в честь писателя, который сам описал ряд новых видов и чьи научные работы до сих пор цитируются в академических статьях.

В японском языке слово «бабочка» – «чō» (蝶) – считается символом бессмертия и радости, а пара бабочек традиционно изображается на свадебных украшениях как пожелание долгой совместной жизни. То есть то самое существо, которое у славян ассоциировалось с ведьмой и ночным вредительством, в японской культуре стало символом счастливого брака. Одно насекомое – и настолько разные судьбы слова в зависимости от того, по какую сторону Евразии ты живёшь.