Деньги не пахнут

Веспасиан ввёл vectigal urinae – буквально «налог на мочу» – около 70 года н. э. Дело в том, что римские сукновалы и дубильщики активно скупали содержимое общественных латрин: аммиак, выделяющийся при брожении мочи, отлично отбеливал ткань и размягчал кожу. Бизнес шёл бойко, а казна не получала ни сестерция. Веспасиан это исправил. Примечательно, что до него похожую идею уже пробовал реализовать Нерон – но его налог быстро отменили как неприличный. Веспасиан оказался толстокожее и настойчивее. Общественные уборные в Риме с тех пор так и называли в народе vespasianae – и это название пережило саму империю: во французском языке vespasienne ещё в XX веке означало уличный писсуар.

Французское слово vespasienne – уличный общественный туалет – прямо восходит к императору Веспасиану. В Париже такие чугунные кабинки стояли на тротуарах вплоть до 1980-х, пока их не вытеснили современные автоматические туалеты Sanisette. Итальянцы пошли тем же путём: vespasiano там тоже означало писсуар. Получается редкий случай, когда имя правителя увековечено не в названии площади или монумента, а в слове для самого прозаического городского объекта – что, пожалуй, вполне соответствует духу самого афоризма.

Светоний приводит сцену в «Жизни двенадцати цезарей» почти без комментариев – просто как характерный штрих к портрету Веспасиана. Но позже тему подхватили другие. Марк Аврелий в «Размышлениях» рассуждал о том, что ценность вещи не зависит от её происхождения, – хотя уборных не упоминал. Куда прямолинейнее высказался Ювенал в «Сатирах»: «Lucri bonus est odor ex re qualibet» – «запах прибыли хорош, из чего бы она ни вышла». Это написано примерно тогда же, когда правил Веспасиан, и звучит как поэтический парафраз той же самой мысли. Возможно, циничная максима просто носилась в воздухе – что само по себе говорит кое-что о римских нравах.

В немецком языке живёт прямой кальк – Geld stinkt nicht, «деньги не воняют», и употребляется он ничуть не реже русского варианта. Английский предпочитает обходиться латынью: pecunia non olet там цитируют как есть, без перевода – что придаёт фразе чуть снобистский оттенок. Интересно, что в русском языке есть и собственная поговорка со схожей логикой: «Не спрашивают, где взял, – спрашивают, что принёс». Смысл тот же, но без античного лоска – зато с характерной бытовой прямотой. Так два выражения из совершенно разных культур приходят к одной и той же точке: у денег нет биографии, которую стоит проверять.

Веспасиан – единственный римский император, чьё имя вошло в живые европейские языки именно через туалетную тему, а не через победы или реформы. При этом он был одним из самых толковых правителей своего времени: восстановил финансы после разорительного правления Нерона, начал строительство Колизея и слыл человеком без претензий на величие. Умирая, он якобы произнёс: «Кажется, я становлюсь богом» – иронизируя над традицией посмертного обожествления императоров. Человек, который умеет шутить над собственной смертью, явно не нуждался в том, чтобы деньги пахли чем-то приятным.